Кортик как предмет декоративно-прикладного искусства.

Древним прародителем кор­тика явился широко распространенный и использовавшийся в Европе в конце XVI века Hirschfanger — «олений нож». Это был тесак с прямым клинком и гардой со щитком для добивания раненого зверя и разделки добычи. В XVII веке для этой цели использовались как охотничьи тесаки, так и кортики. Первые, как правило, имели более длинный клинок, в то время как клинок охотничьего кортика был более коротким. Но поскольку точных параметров не было, нередко оружие называли или тесаком, или кортиком. Длина такого оружия составляла 50-80 сантиметров. Так как охота была основным развлечением и привилегией аристократической знати, охотничье оружие богато украшалось, особое внимание уделялось отделке литых эфесов, для чего часто применяли серебро.

С развитием парусного флота (XVI-XVII веках) кортик получает распространение как личное оружие офицеров военно-морского флота. Упоминание кортика как личного оружия офицеров русского флота мы встречаем в описании историками биографии Петра I: царь и сам любил носить флотский кортик на перевязи. В 1803 году ношение кортика официально вводится для офицеров русского флота и гардемаринов Морского кадетского корпуса. Во второй половине XIX — начале XX века ношение кортика становится обязательным при всех формах одежды, кроме той, при которой полагалась сабля.

Приказом по военному ведомству от 3 января 1914 года кортики присвоили офицерам авиации, минных рот и автомобильных частей. Это были кортики «флотского образца» с двулезвийным клинком. В августе 1916 года кортики ввели вместо шашек для всех обер-офицеров, кроме кавалерийских и артиллерийских, а в ноябре того же года — и для военных врачей. С марта 1917 года кортики стали носить все офицеры и военные чиновники. Как оружие кортик практически утратил свое значение, отныне он является символом должности заслуг владельца, подчеркивает его социальный статус. В советское время кортик сохранил свое значение как принадлежность повседневной и парадной формы. На морских кортиках было принято изображать якоря и парусники, на авиационных — пропеллеры и самолеты, на общеармейских -Кремль; и, конечно, на всех кортиках встречается изображение герба Советского Союза.

Традиция украшать кортики происходит от их охотничьих прототипов. Помимо разнообразия конструкций охотничьи кортики отличались тематическим и художественным оформлением. Разумеется, сюжетами служили сцены охоты, природа, изображения птиц и зверей. Впрочем, клинковое оружие и раньше украшалось растителным орнаментом, гербами и вензелями и его декорирование не было чем-то новым. Тематика и стили, применявшиеся в оформлении, не имели строгой регламентации — использовались общепринятые принципы и символы, но учитывались назначение предмета и смысловая уместность того или иного изображения или сюжета.

Во Франции в середине XVIII века получила распространение мода наносить на эфесы символику, позволявшую определить звание и воинский чин, где каждый символ имел четкое значение и соответствовал определенному роду войск и военной специальности. Этому примеру следовали в Германии, Испании, Швеции, России и других странах.

Морские виды холодного оружия обладали символикой, связанной со стихией воды и отражавшей специфику службы на флоте. В ней значительную роль играли знаки, приметы и символы, которые являлись важными для моряков и были непременными атрибутами службы и быта. Флоты различных стран создавались в разное время, но, несмотря на это художественно-символический язык знаков практически одинаков.

Общими элементами этой символики стали изображения бога морей Нептуна (Посейдона) с трезубцем, парусного корабля, якоря с фрагментом якорного каната, весла, змеи, дельфина, головы орла и льва. Позднее к указанным элементам декора добавились сцены морского боя, античные атрибуты, воинские арматуры, знамена и различные девизы. Для завершения общей композиции в украшении клинкового оружия также использовались растительные и геометрические орнаменты. Перечисленные символы не были случайным набором декора. Каждый из них имел определенное смысловое значение.

Парусное судно: еще с языческих времен у народов приморских стран изображение парусного судна выражало надежду на благополучное достижение поставленной цели, удачу в торговом предприятии; позднее стало символом государственности.

Якорь: символ надежды, является древнейшей эмблемой человечества. Как считают авторитетные исследователи, появился в Средиземноморье за несколько веков до нашей эры.

Орел: атрибут Юпитера (Зевса), часто изображался на штандартах римских легионов и одновременно являлся символом императорской власти. В этом же значении его выбирали для своих гербов и оружия многие европейские государства (Австрия, Пруссия, Франция, Россия). Кроме того, орел означал власть, господство, верховенство и прозорливость.

Лев: с древнейших времен сим­вол силы, могущества и отваги, а для воинов — символ мужества и воинской доблести.

Дельфин: в Древней Греции — царь морских созданий, символизирующий любовь, усердие, морскую стихию, являющийся атрибутом Нептуна. Для античных поэтов дельфин был олицетворением бескорыстной любви к человеку и его другом, аллегорией спасения.

Змея: символ олицетворенного благоразумия и мудрости, считался атрибутом Минервы (богиня мудрости). Так же змея считалась и атрибутом Афины Паллады, которая передала людям знания и умение строить суда. Символ змеи входил в религиозные ритуалы ранних цивилизаций, и некоторые народы поклонялись ему как богу. Способность змеи менять свою кожу считалась символом обновления и исцеления.

Раковина: атрибут Венеры, рожденной из морской пены или, как считали некоторые античные мудрецы, из самой раковины.

Корона ,венок, венец: эмблема верховной власти (божественной и земной). Кроме того, венок и венец символизирует награду за достижения в искусствах и победу в любви.

В России первые образцы украшенных кортиков были изготовлены на Олонецком Петровском заводе в первой четверти XVIII века. Непременным атрибутом художественного оформления российских морских кортиков был двуглавый орел под короной и императорский вензель. В дальнейшем изготовление морских видов холодного оружия происходило на Тульском и Ижевском оружейных заводах, на Златоустовской оружейной фабрике.

В конце XX века, в наши дни создание в России авторских образцов холодного оружия приобрело широкий размах. У авторского оружия нет ограничительных рамок, нет установленных правил и традиций. Разнообразие его конструкций,стилей, направлений и технологических приемов художественного оформления не укладывается в единые стандарты. В нем важны в первую очередь идея и задуманный автором образ. Иногда авторское клинковое оружие тесно сплетается с древней традицией изготовления предметов оружия, а в некоторых случаях это полет фантазии художника, связанный с оружием лишь тематически.

Выверенный временем, с отточенными пропорциями и строгой формой кортик продолжает интересовать художников, мастеров, любителей и коллекционеров оружия. Оружием он является лишь формально, так как не предназначен для схватки и имеет скорее символическое и культурное значение, но при этом остается вполне функциональным изделием, выполненным на высоком техническом, художественном и профессиональном уровне.

Мастерская-студия «Межов» представляет традиции и новые веяния петербургской оружейной школы. Тематическая направленность и стилевое оформление кортиков, представленных художниками студии, отличается приверженностью к традициям художественного украшенного оружия, а также стремлением соблюдать соответствие функциональному предназначению той или иной вещи. Все представленные работы объединяют высокий уровень художественного мастерства и профессионализма, талант и полифоничность авторского замысла. Художники студии разработали и воплотили в жизнь более десяти моделей кортиков, каждый из которых не только имеет свой образ, но и сохраняет традиционную конструкцию и манеру художественного оформления. Важно и то, что кортики создаются в виде тематических серий и представляют завершенную композицию как все вместе, так и каждый в отдельности.

В этом отношении представляет интерес серия кортиков «Морские державы мира» и серия, посвященная 300-летнему юбилею Санкт- Петербурга. В первую серию входят такие образцы кортиков, как «Андреевский», «Великобритания», кортик «Немецкий», «Японский» и другие. Всех их отличает «национальная» узнаваемость, несмотря на новизну внешнего вида. Другая (петербургская) серия включает кортики «Петр I» и «Державный» Андрея Кунаца, а также кортики «Петроград», «Санкт-Петербург», «Санкт-Петербург 300» и «Мундирный» работы Максима Нестерова.

Остановимся более подробно на тех из них, тематика которых непосредственно связана с историей России.

Работа Андрея Кунаца «Петр I» посвящена самой первой морской победе, одержанной Петром I на Азове 20 октября 1696 года. На узорчатом клинке дамасской стали, посередине дола вытравлено изречение Петра: «Морским судам быть!». Навершие рукояти венчает круглая вырезанная из кости камея с портретом Петра I на одной стороне и двуглавым орлом — на другой. Арматура ножен декорирована орнаментом из сложно сплетенных морских узлов.

Прообразом «Андреевского» кортика стал морской офицерский наградной кортик образца 1853 года. Автор ушел от прямого копирования исторического аналога, добавив в изделие несколько изменений, но сохранив при этом образ русского кортика. Так появились розетки на окончаниях крестовины, лавровая лента, обвитая вокруг рукоятки, и эмалевый щиток с Андреевским флагом: «Флаг белый, поперек этого имеется синий Андреевский крест, коим Россию окрестил он».

Три предмета, посвященные 300-летнему юбилею Северной столицы, лаконичны и строги по облику, подобно городу. В них зашифрованы уголки города, они тесно связаны с архитектурой и передают его разные характеры.

Кортик «Санкт-Петербург», который находится на постоянном хранении в ЦВММ — отражение военной мощи и парадности, передающие классический облик города. Крестовина решена в виде пушек, а на перекрестье стоит римское обозначение 2003 года — MMIII (Millennium, Millennium, III): здесь использован характерный архитектурный прием; гайка на хвостовике повторяет навершие Казанского собора; подвеска на ножнах блестит звеньями якорной цепи.

Кортик «Петроград» достаточно прост внешне, но при этом наполнен содержанием. Удачная авторская находка — крестовина в виде якоря, где одна лапа аналогично закруглению дужки уставных кортиков повернута вверх, а другая вниз по направлению к кольцам ножен. Рукоять красного гранита символизирует одновременно цвет революции и булыжник — оружие пролетариата.

За основу настольной композиции «Санкт-Петербург 300» был взят образ адмиралтейского якоря, брошенного Петром I при выборе места будущего города. К нему добавились характерная питерская брусчатка и некоторые архитектурные элементы — каменные столбы у арок, гранит на рукоятке, намекающий на набережные и на колонны Исаакиевского собора, силуэты решеток вдоль Невы. На клинке с обеих сторон вытравлена надпись «Невы державное теченье, береговой ее гранит…» (отрывок из поэмы А.С. Пушкина «Медный всадник»). Рисунок дамасской стали (на клинке) символизирует величественное движение вод. На клинке также можно увидеть вытравленный герб Санкт- Петербурга и число MMIII над ним, а на другой стороне — государственную символику в виде двуглавого орла. Шестиконечная подставка из красного гранита условно обозначает силуэт бастионов Петропавловской крепости, символизирующей точку отсчета в истории города.

Среди авторских кортиков мастерской-студии есть и серийный образец. Это весьма интересная и очень удачная модель кортика «Державный». Он выпускается в двух вариантах, но в скором времени ожидается и третий. Предмет имеет цельнометаллические ножны и две гайки с продетыми через ушко кольцами. Поверхность ножен выборочно украшена травлением под «ящур», что было распространенным приемом в декорировании оружия. Внутри ножен находится пружина, надежно фиксирующая клинок в закрытом положении кортика. Крестовина традиционная, с закругляющимися дужками, загнутыми в противоположные стороны. Черен рукояти сделан из кости. В орнаментике металлического убранства кортика, на ножнах и на втулках рукояти присутствуют лавровые ветви, издавна существующие в военно-морской атрибутике и обозначающие честь и отвагу.

Кортик «Державный» посвящен святым Русской православной церкви. Все кортики идентичны, различия только в медальонах наверший рукоятей и в орлах на перекрестьях крестовин. В навершии рукояти помешен медальон с изображением святого апостола Андрея Первозванного — покровителя русского флота, а на крестовине изображен двуглавый орел, сжимающий в когтях два перекрещенных якоря. В других вариантах исполнения на кортике размещается двуглавый орел, сжимающий скипетр и державу, а также медальоны с изображениями Св.Георгия Победоносца — небесного покровителя всех воинов, городов Москвы и Владивостока, символа победы добра над злом, и Св.Михаила Архангела, защитника веры и воинов, бьющихся за правое дело.

Приведенные нами примеры подтверждают значение темы кортика в развитии декоративно-прикладного искусства, создании замечательных образцов художественного украшенного оружия современными художниками. Приятно отметить тот факт, что в своем творчестве они бережно относятся к историческому наследию и, используя самый широкий арсенал изобразительных средств и техник, достигают большой выразительности в создании образцов холодного оружия, посвященного славным страницам нашей истории и одновременно столь созвучного нынешней эпохе.

Игорь Суханов, Максим Нестеров